Кавказ Online

Меню
 
Страны
 
Регионы
 
Рубрики

Реклама

  • Разное

    «Пересменка» в Кремле и карабахские ожидания Еревана

    27/04/2012
    Пресс-папье

    Близится дата инаугурации нового президента РФ. 7 мая Владимир Путин в третий раз в своей политической карьере официально вступит в должность главы российского государства. Политическая элита Армении, ее пресса, все влиятельные группировки, а также экспертное сообщество страны с большим интересом и вниманием наблюдали за ходом предвыборной президентской кампании в России и живо комментировали ее итоги. Теперь они задаются вопросом, как изменится политика России при новом президенте.

    Интересно, что впервые в истории Армении публичную политическую поддержку будущему президенту России до выборов оказали не только представители официального Еревана в лице президента и премьер-министра, но и Социал-демократическая партия «Гнчак», одна из сил, входящих в состав оппозиционного Армянского национального конгресса (АНК). А во время предвыборной кампании внимание в Ереване обращали на то, что говорили кандидаты по вопросам внешней политики и какие сигналы они адресовали внутрь страны, в том числе, и национальным меньшинствам.

    Выборы, как и ожидалось, завершились уверенной победой главы правительства Владимира Путина, главным внешнеполитическим проектом которого является Евразийский союз, который видится производной от Таможенного союза (ТС).

    Надо сказать, что со времен 90-ых в российской внешней политике был, фактически, нивелирован фактор полицентризма. Это «сглаживание» произошло еще в период первых двух сроков президентства В. Путина. Так, из центров серьезного влияния на политический процесс урегулирования Нагорно-Карабахского конфликта поэтапно были исключены парламент, министерство обороны, снизилась роль внешнеполитического ведомства, Совета безопасности и резко возросла роль администрации президента, а при работе главой правительства В. Путина – и аппарата его советников по внешнеполитическим вопросам. Таким образом, как полагают в Ереване, на ближайшие годы центром принятия решений останется администрация президента РФ. Ее возглавил С. Иванов, который, работая на посту министра обороны, сталкивался с этой проблемой и, как говорится, находится в теме.

    В целом, в вопросе урегулирования Карабахского конфликта, как полагают в Ереване, Москва по-прежнему будет ориентироваться на сохранение статус-кво, т.к. конфликт в этом случае привязывает к России, как Армению, так и Азербайджан. Таким образом, главное ожидание Еревана в вопросе Карабахского урегулирования состоит в сохранении преемственности российской внешней политики.

    Тем не менее, в этом вопросе не все так просто, с учетом того, что главным внешнеполитическим проектом Владимира Путина, как уже было сказано, является проект Евразийского и Таможенного союзов. Очевидно, что подобное объединение, по замыслу его вдохновителей, в итоге должно включать в себя большинство стран постсоветского пространства, за исключением, государств Балтии, которые уже встроены в евроатлантическую систему.

    Реализация данного экономического и геополитического проекта в перспективе также предполагает участие в нем стран бывшего Советского Закавказья. Не обсуждая вопрос о том, как именно авторы идеи намерены привлечь в ЕАС Грузию, имеет смысл обратить внимание на то, что привлечение Армении в этот проект является весьма проблематичным. Дело в том, что у Армении нет общей границы с Россией, между ними враждебная сегодняшней Москве Грузия и враждебный Еревану Азербайджан. Для реализации большого проекта Евразийского союза Москва должна будет урегулировать на компромиссной основе Карабахский конфликт. Между тем, как известно, позиции сторон в вопросе его урегулирования продолжают оставаться диаметрально противоположными. Неудачная попытка урегулирования конфликта может привести к отдалению от Москвы обеих стран.

    Необходимо учитывать и то, что на первом этапе формирования ТС и ЕАС в них будут вовлекаться крупные игроки в лице Белоруссии и Казахстана, а также, возможно, Киргизии и Таджикистана. Причем, подключение других игроков начнется видимо не ранее чем через 3 года. Таким образом, в обозримой перспективе, Армения может оказаться в процессе вовлечения в Таможенный и Евразийский союзы больше декларативно.

    В вопросе урегулирования Карабахского конфликта в Ереване есть и второе ожидание связанное: Москва сделает все от нее зависящее для того чтобы сохранить военный паритет между Ереваном и Степанакертом, с одной стороны, и Баку, с другой стороны. В этом плане немало вопросов вызывает фигура министра обороны А. Сердюкова и его хорошие личные отношения с главой военного ведомства Азербайджана Сафаром Абиевым.

    Понятно, что финансовые возможности Азербайджана сегодня несопоставимы с финансовыми возможностями Армении. Баку стал сегодня одним из солидных партнеров в вопросе закупок российского оружия, в том числе, нового и прошедшего глубокую модернизацию. Речь, в частности, идет о поставках Азербайджану 24 ударных вертолетов Ми-35М. Скорее всего, Армению в этой ситуации интересует вопрос поддержания не просто военного баланса, а ассиметричного военного баланса, т.к. уже очевидно, что Ереван, по положению на сегодняшний день, не готов поддерживать соответствующую симметрию с Баку.

    В вопросе поддержания военного равновесия Армения возлагает определенные надежды на расширение возможностей и потенциала российской военной базы в Гюмри, которая прикрывает западное (турецкое) направление. Наличие на территории страны хорошо оснащенной и боеспособной базы является важнейшим фактором военного баланса не только между всеми тремя сторонами Нагорно-Карабахского конфликта, но и между сопредельными странами – Россией, Турцией и Ираном.

    От обновленного руководства России Ереван ждет и активизация российской политической линии на т.н. Большом Среднем Востоке. Прежде всего, в Ереване ожидают твердости и гибкости одновременно в вопросе ситуации в Сирии. Этот интерес связан, в первую очередь, с наличием в этой стране многочисленной армянская общины (100-120 тыс. человек), которая, как остальные местные христиане, твердо поддерживает администрацию президента Башара Асада. Оно и понятно, т.к. религиозные меньшинства связывают свою безопасность именно с нахождением у власти нынешнего президента страны либо его преемника. Позиция России, Китая и Ирана по отношению к ситуации в Сирии встречает понимание и поддержку в Армении. Во всяком случае, позицию Армении по этому сложнейшему вопросу можно характеризовать как активный нейтралитет (Армения воздержалась во время голосования по вопросу Сирии на Генассамблее ООН).

    Кроме того, Сирия представляется страной-ключем к региону и ко всему комплексу проблем, связанных с Ираном. В Ереване полагают, что если таким игрокам как Турция, Саудовская Аравия и Катар, за спиной которых стоят США и большинство их союзников по НАТО, удастся «съесть» Б. Асада, то ситуация на южных рубежах России будет иметь устойчивую тенденцию к возрастанию напряженности. Если РФ вместе с Китаем и Ираном не удастся удержать администрацию Б. Асада, то, как полагают эксперты в Ереване, следующей мишенью Вашингтона станет Иран.

    По мнению армянских экспертов, Сирия остается единственным серьезным союзником России в арабском мире и если Москва ее сдаст, то это может стать негативным сигналом и другим российским союзникам.

    Идея «сдачи» Москвой Нагорного Карабаха и Армении частенько муссируется в прессе, но, безусловно, она наверняка получит мощное развитие в случае победы в Сирии т.н. «оппозиции». Более того, это обстоятельство, несомненно, будет размывать устои армяно-российского союза. «Сдача» сербов и Балкан российским руководством в 90-е годы прошлого века была отмечена в Ереване, но тогда все понимали, что это произошло «по объективным причинам» и из-за тогдашней слабости Москвы. Теперь же ситуация будет рассматриваться под несколько иным углом, т.к. В. Путин имеет в Армении репутацию жесткого защитника национальных интересов своей страны. Кроме того, считается, что если в 90-х Россия была слаба, то сейчас, она, хотя бы отчасти, восстановила свой потенциал и должна суметь защитить свои стратегические интересы.

    Проблема состоит еще и в том, что в 90-х вовлеченность Армении в различные политические проекты, инициированные США, ЕС и НАТО было крайне незначительным. Ныне ситуация совершенно иная, т.к. Армения участвует не только в программе IPAP блока НАТО, но и в «Восточном партнерстве» и других программах ЕС. Кроме того, армянские подразделения участвовали и участвуют в различных совместных с войсками НАТО операциях в Косово, Ираке и Афганистане. Одним словом, появилась какая-то альтернатива в вопросе безопасности, вернее, иллюзия такой альтернативы. Тем не менее, Вашингтон и Брюссель получат дополнительные козыри при перетягивании Армении на свою сторону.

    Еще более тревожная обстановка сложилась вокруг Ирана и его ядерной программы. В Ереване всерьез рассматривают вариант нанесения по этой стране ракетно-бомбового удара со стороны США и их союзников, появление десятков тысяч иранских беженцев и намерений Баку «под шумок» начать боевые действия в Нагорном Карабахе.

    В сложившейся ситуации в Ереване ожидают усиления российской военной базы, усиления Москвы в вопросе охраны армяно-иранской и армяно-турецкой границы и содействия в других вопросах безопасности. В первую очень, армянскую сторону, конечно же, беспокоит участок границы с Ираном от признанной государственной границы Республики Армения до линии соприкосновения с войсками Азербайджанской Республики.

    Естественно, что в складывающейся ситуации Ереван, несмотря на свои ограниченные возможности, хотел бы оказать поддержку Москве и как-то поднять свой статус в ее глазах. В частности, видимо этим можно объяснить заявление премьер-министра Тиграна Саркисяна о готовности допустить на своей территории строительство и эксплуатацию современной РЛС, которая бы взяла функции Габалинской РЛС.

    В Ереване, в качестве возможного сценария развития ситуации, также не исключают, что Москва будет добиваться согласия сторон на ввод в зону конфликта своих миротворцев в случае возобновления открытого противостояния, либо принудит Баку, Ереван и Степанакерт к согласию на ввод своих войск сначала как разделительных, а потом и как миротворческих.

    По некоторым данным, на вопрос ввода в зону конфликта российских миротворцев Ереван дважды давал позитивный ответ – один раз в 1994 году при подготовке соглашения о прекращении огня, а во второй раз при администрации С. Саргсяна (предположительно, в 2010 году). В обоих случаях Баку говорил «нет». При этом в 2010 году Ереван дал также согласие на размещение миротворческого контингента по принципу неучастия в контингенте подразделений стран-сопредседателей (США, Россия и Франция) и сопредельных стран (Турция, Иран).





    * Мнения авторов статей могут не совпадать с позицией редакции. Ответственность за достоверность приведенных фактов несет автор статьи.


    Rambler's Top100 © «Кавказ Online» 2009 г. Информационно-аналитический портал. E-mail: info@kavkasia.net
    Новости стран Кавказа, эксперты и аналитики о конфликтах (Северный Кавказ, Южный Кавказ), проблемы развития Кавказа, геополитика Кавказа, экономика и бизнес, народы Кавказа. © "Кавказ Online", 2009
    При цитировании информации гиперссылка на "Кавказ Online" обязательна.